Правозащитница: «Все больше случаев жертв торговли людьми. Их могут убить — и никакого расследования не будет»
Неабыякавыя Правозащитница: «Все больше случаев жертв торговли людьми. Их могут убить — и никакого расследования не будет» Мигранты продолжают погибать и пропадать на беларуско-европейских границах.
«Наколькі чалавеку хапае душэўнай ёмістасці, ён спрабуе верыць. Каб і надалей быць — у гэтым свеце, а не ў тым»
Неабыякавыя «Наколькі чалавеку хапае душэўнай ёмістасці, ён спрабуе верыць. Каб і надалей быць — у гэтым свеце, а не ў тым» Як вязніцы знішчаюць людскасць.
Як жывуць вернікі і духаўнікі за кратамі
Неабыякавыя Як жывуць вернікі і духаўнікі за кратамі «Далучыцца да нечага, што вышэй за турму». Чаму свабоду рэлігіі там імкнуцца адабраць.
«Если можно ради какой-то цели избивать людей, то почему нельзя это делать дома?» Так вот: нет
Неабыякавыя «Если можно ради какой-то цели избивать людей, то почему нельзя это делать дома?» Так вот: нет Куда обращаться в случае насилия.
Як улады і прапагандысты ў Беларусі змагаюцца з ЛГБТК+ супольнасцю
Неабыякавыя Як улады і прапагандысты ў Беларусі змагаюцца з ЛГБТК+ супольнасцю «Бачнасць вынішчаецца да нуля».
«Аднойчы ў суседзяў нешта грымнула. Было адчуванне, што мяне зноў прыйшлі забіраць, у галаве стукала: уцякай, хутчэй хавайся!»
Неабыякавыя «Аднойчы ў суседзяў нешта грымнула. Было адчуванне, што мяне зноў прыйшлі забіраць, у галаве стукала: уцякай, хутчэй хавайся!» Пра эфект няскончанай турмы.
Жуков: «Выходя на свободу, многие вынуждены эвакуироваться. Наш шелтер заселен постоянно»
Неабыякавыя Жуков: «Выходя на свободу, многие вынуждены эвакуироваться. Наш шелтер заселен постоянно» Какая помощь нужна экс-политзаключенным прямо сейчас и в будущем.
«Режим уничтожает души, а следом – физическое здоровье». Беларусы выходят из тюрем резко похудевшими или с большой прибавкой веса
Неабыякавыя «Режим уничтожает души, а следом – физическое здоровье». Беларусы выходят из тюрем резко похудевшими или с большой прибавкой веса Проблема серьезнее, чем кажется.
Как живут пожилые люди в беларуских колониях
Неабыякавыя Как живут пожилые люди в беларуских колониях За решеткой они «дважды невидимые»: «Ходят-бродят с такими же возрастными «желтобирочниками».
Татьяна Журавская: «Не все знают о своем положительном ВИЧ-статусе. Есть дискриминация, стигматизация, преследование»
Неабыякавыя Татьяна Журавская: «Не все знают о своем положительном ВИЧ-статусе. Есть дискриминация, стигматизация, преследование» О последствиях зачистки НКО.
«Слушал маму во всем! Верни мне, пожалуйста, папу»
Неабыякавыя «Слушал маму во всем! Верни мне, пожалуйста, папу» Что пишут маленькие беларусы в тюрьму своим близким и как помочь ребенку справиться с последствиями.
«Результат нашего патриархального и стигматизированного общества»
Неабыякавыя «Результат нашего патриархального и стигматизированного общества» Про маску силы мужчин. И что делать, чтобы выход на свободу не обернулся трагедией.
«Ребенку не важно, каких политических взглядов придерживается мама или папа, ему важно, чтобы они были рядом»
Неабыякавыя «Ребенку не важно, каких политических взглядов придерживается мама или папа, ему важно, чтобы они были рядом» Большие трагедии маленьких людей.
«За межамі дабра і зла. Людзі сядзяць ні за што, губляюць сваё здароўе»
Неабыякавыя «За межамі дабра і зла. Людзі сядзяць ні за што, губляюць сваё здароўе» Адразу некалькі лекараў – пра анкахворых беларускіх вязняў. I што «ўпіваецца» ў цела.
«Прапаганда вучыць людзей ненавідзець. Азаронак кожнага дня гэта паўтарае»
Неабыякавыя «Прапаганда вучыць людзей ненавідзець. Азаронак кожнага дня гэта паўтарае» Эніра Браніцкая – пра стан працоўных мігрантаў у Беларусі.

Избранное

У кого-то «мозгов нет», кто-то «помалкивает». Так Лукашенко сам оценивает высокопоставленных чиновников

У кого-то «мозгов нет», кто-то «помалкивает». Так Лукашенко сам оценивает высокопоставленных чиновников

 «Доброжелательный сексизм беларуского государства»

«Доброжелательный сексизм беларуского государства»

 «Не думаю, что в ЖКХ копали настолько глубоко»

«Не думаю, что в ЖКХ копали настолько глубоко»

 Дмитрий Строцев: «Я увидел такое общество, такую красоту, что и сейчас верю в нашу страну»

Дмитрий Строцев: «Я увидел такое общество, такую красоту, что и сейчас верю в нашу страну»

 Какими были отношения Лукашенко с иранским «гуманистом», на чьей совести гибель тысяч людей

Какими были отношения Лукашенко с иранским «гуманистом», на чьей совести гибель тысяч людей

 Что роднит сюжеты пропаганды о Лукашенко и телятах с криминальным сериалом «Сопрано»

Что роднит сюжеты пропаганды о Лукашенко и телятах с криминальным сериалом «Сопрано»